О нас пишут

Календарь памятных дат

Главная Из фондов архива Как пьяный крестьянин фальшивомонетчиков "изобличил"
Как пьяный крестьянин фальшивомонетчиков "изобличил"
08.04.2020 08:15

К началу XIX в. Иваново было уже одним из крупнейших промышленных сел Центрального Нечерноземья. Интенсивные товарно-денежные отношения при общем несовершенстве законов, естественно, создавали благоприятные условия для разного рода мошеннической деятельности. Достаточно распространенным видом мошенничества в этот период было фальшивомонетничество. Наиболее раннее дело об обвинении ивановских крестьян «в делании фальшивых ассигнаций» в архивном фонде Шуйского уездного суда относится к 1800-1801 гг.

История началась с того, что сотский с. Пупков Аверкий Марков 22 декабря 1800 г. обнаружил у питейного дома «лежащаго пьяного человека». Доставленный в волостное правление, человек назвал свое имя – Тимофей Михайлов, крестьянин с. Писцова. Однако документов, подтверждающих это, при нем обнаружено не было. На допросе он показал, что родился в с. Красном Юрьевецкой округи Костромской губернии, а шесть лет тому назад был продан крестьянину Колесову в с. Писцово. У последнего он прожил не более десяти недель, после чего «отлучился» в с. Иваново, где работал на разных фабриках. После этого беглец «был принят в дом» ивановского крестьянина Якова Анничева, где жил «с полгода», а затем ушел к его брату Григорию, у которого работал более года. Оттуда Михайлов двинулся на фабрику в с. Горицы. Однако по пути он завернул в пупковский питейный дом, что и привело к его задержанию.

Причины своего ухода от Анничева Михайлов объяснял тем, что увидел в его доме «инструмент к деланию фальшивых ассигнаций», и несколько белых листов, приготовленных «для печатания» ассигнаций. И хотя история скитаний писцовского крестьянина выглядела несколько фантастически (учитывая, что ему к моменту допроса исполнилось всего 18 лет), его показания послужили основанием для возбуждения «секретного» дела о фальшивомонетничестве.

Уже 23 декабря у Анничева был произведен обыск, при котором, однако, ничего не было обнаружено. Сам Анничев показывал, что никакого Михайлова не знает и фальшивомонетничеством никогда не занимался. Из допроса фабрикантов Я.И. Гарелина, И.М. Ямановского и поверенного Е.И. Грачева, И.И. Карнаухова, выяснилось, что Михайлов действительно работал на их фабриках, однако являлся он вовсе не писцовским, а местным, ивановским крестьянином, почему и был принят на работу. Впрочем, работал он недолго. Я.Н. Анничев также подтвердил, что Михайлов жил у него, дополнив предыдущие показания тем, что он куплен Н.П. Шереметевым у помещицы А.А. Хрущевой.

Понимая, что его показания не подтверждаются ни по одному пункту, Михайлов 25 декабря дополняет их. Он признал, что является покупным крестьянином Я.Н. Анничева. Относительно же ассигнаций он показал, что производить их собирались ивановские крестьяне Афанасий Баранов и Ефим Бабенков. У первого в огороде «под яблонею есть выход», в котором Михайлов и застал преступника. Там имелся «двухдонной сундук», между днищами которого находились заготовленные для производства ассигнаций «белые бумаги и медной инструмент». Что касается Бабенкова, то Михайлов «подлинно знает», что он сообщник Баранова, а кроме того, у Бабенкова «в работниках» живет «беглой солдат, якобы бежавшей из дворца». Однако при обыске, проведенном у А.В. Баранова, ни в его доме, ни в погребах никаких «фальшивых ассигнаций и к деланию оных инструментов» обнаружено не было. Не нашли и тайного выхода под яблоней, в котором якобы и был спрятан «двухдонный сундук». У Е.Е. Бабенкова также не нашли ничего, кроме «ветхих штанов краснаго сукна». Михайлов немедленно объявил их принадлежащими упомянутому им в показаниях беглому солдату.

Баранов показал, что о фальшивомонетничестве ничего не знает, фигуранты дела (Михайлов и Бабенков) в его доме никогда не бывали, равно как и он не посещал дом Бабенкова «и хлебосольства они между собою не имели». Бабенков эти показания подтвердил, а относительно беглого солдата заявил, что «никого в работниках у себя не имел», что могут подтвердить и его соседи. Пресловутые же «красные штаны» он приобрел в Москве четыре года назад. Очные ставки подозреваемых с Михайловым ничего не дали – стороны стояли на своем. В результате Анничев и Баранов были отосланы под присмотр в полицию, а Михайлов и Бабенков (как ранее судимый) посажены в тюремный острог.

Следующим следственным действием стало «увещевание» подозреваемых, проведенное 23 января 1801 г. протоиереем ивановского Воскресенского собора Алексеем Никитским. Эта мера неожиданно дала результат: Т. Михайлов признался, что ни за кем из подозреваемых «таковаго поступка в делании фальшивых ассигнациев не знает», а прежние его показания были вызваны тем, что «он в то время находился пьян».

На этом следствие, по сути, можно было заканчивать. Однако ради формального соблюдения процедуры был проведен повальный обыск: опрос жителей с. Иванова и ближайших населенных пунктов о прежнем «состоянии и поведении» фигурантов дела. Большинство опрошенных отмечали, что Анничев, Баранов и Бабенков «состояния добраго и ни в каковых штрафах и подозрениях не бывали». А вот относительно Михайлова они говорили, что он прежде неоднократно «замечаем был в пьяном образе».

Дело завершилось для оговоренных Михайловым лиц вполне удачно. Что послужило причиной подобного поведения беглого крестьянина, сказать трудно. Однако обилие деталей в его показаниях наталкивает на предположение, что далеко не все они были пустой выдумкой находившегося в «пьяном образе» арестанта. Возможно, он действовал по указке хозяина (Я.Анничев оказался единственным фигурантом, не пострадавшим при разбирательстве). Так или иначе, обстоятельства этого дела достаточно ярко характеризуют социально-экономическую обстановку в с. Иванове на рубеже XVIII-XIX вв.

Егор Бутрин,
зам.начальника отдела публикации
и использования документов облгосархива

Статья впервые опубликована в «Ивановской газете» № 54 от 27 марта 2012 г.

 

Из фондов архива

К 115-летию Первого Совета

В эти дни исполняется 115 лет со дня создания Первого Совета рабочих депутатов. Это событие имело большое значение, недаром в советское время Иваново называли родиной Первого Совета. Рабочие поднялись на защиту своих прав, причём были выдвинуты как экономические так и политические требования, в том числе восьмичасового рабочего дня.

Иваново-вознесенские фабриканты отказались вести переговоры с толпой и потребовали избрания рабочими уполномоченных. Избирался один депутат на 500 рабочих от фабрик с численностью рабочих более тысячи. После выборов рабочие выдвинули 151 депутата, причём в их рядах было и 25 женщин. Вместо того, чтобы вести переговоры по отдельным фабрикам, был создан общегородской совет.

 

 

 

Архивы Ивановской области

Кто сейчас на сайте?

Сейчас 371 гостей онлайн

Статистика

Просмотры материалов : 10157541

Сообщения об опечатках

Уважаемые посетители сайта!
Если Вы заметили ошибку или опечатку на нашем сайте, пожалуйста, выделите ее и нажмите Shift + Enter.

Joomla 1.5 Templates by JoomlaShine.com